Доклад исполнительного директора ГКПЧ СПб Романа Чорного для выступления на общественных слушаниях Гражданской комиссии по правам человека Санкт-Петербурга

Дата: 20.06.2007

    Мое сегодняшнее сообщение посвящено ситуации с правами детей в психиатрических больницах, детских домах, детских домах для детей с задержкой психического развития и умственно отсталых, а также ситуации с правами выпускников детских домов, содержащихся в психоневрологических интернатах.  В основном, я буду говорить о фактах, касающихся Санкт-Петербурга.

    Я являюсь исполнительным директором СПб неправительственной организации «Гражданская комиссия по правам человека». По образованию я – врач-педиатр, получил дополнительное образование по правам человека в Московской школе прав человека.

    Гражданская комиссия по правам человека Санкт-Петербурга существует с 1998 года и является независимой некоммерческой организацией. Наша уставная цель – защита прав человека в области душевного здоровья.
    Основные права детей-пациентов психиатрической системы здравоохранения, детей, содержащихся в детских домах, молодых людей, находящихся в ПНИ, гарантированы Всеобщей Декларацией прав человека, Резолюцией ООН №46/119 “Защита лиц с психическими заболеваниями и улучшение психиатрической помощи”, Европейской Конвенцией о защите основных прав и свобод человека, Международным Пактом о гражданских и политических правах, Конвенцией о правах ребенка, Законом РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» и др.

    Основные моменты, на которых я хочу обратить Ваше внимание, следующие:

    • Госпитализация детей без их согласия за «плохое» поведение и «лечение» психотропными препаратами.
    • Ущерб здоровью детей, молодых людей из-за высоких дозировок препаратов и длительного применения. 
    • Жестокое обращение в детских психиатрических учреждениях, в том числе необоснованно длительное содержание детей в психиатрических учреждениях.
    •  Принуждение проживающих в психоневрологических интернатах женщин к тому, чтобы они делали аборты. 
    • Отказ в предоставлении точной  информации об основаниях госпитализации, проведенном лечении, либо предоставление  формальных отписок.  
    • Нарушения прав детей в детских домах для детей с задержкой психического развития. 
    • Неинформирование о правах пациента.

    Перейду к конкретным случаям.

    Случай Николая Николаевича Егорова и Ольги Дроздовой/Егоровой.

    Егоров Н.Н. – сирота с детства. Родился в 1979 г. С 1984 года  по 1997 год Николай находился в детском доме. Детей там обучали  по спецпрограмме.  Дети подвергались жестокому обращению. За любые провинности, шалости, непослушание детей физически наказывали, применяли психотропные препараты.  К Николаю (и другим детям) применялись  такие наказания: гасили свет и ставили на колени на  полчаса —  час. Душевую и туалет использовали как темную каталажку- на 30-40 минут закрывали  без света.  Раздевали догола, накрывали одеялом, садились сверху. Укладывали на ковер в игровой комнате и били по пяткам. За кражи били палкой по рукам. Применяли «купанье»- руки за спину, ноги связывали и окунали головой вниз в воду, не давая дышать. При каждом окунании – захлебывался.  За хулиганство кололи аминазин, снотворные препараты.

    В 1997 г. был переведен в ПНИ-10 по ул. Коллонтай, д. 36.  Обучался в учебном классе.  Затем  был оформлен на обучение в колледж для приобретения специальности. Егоров Н. закончил колледж,  получив  специальность обувщика 2 разряда. 

    В ПНИ №10  Егоров Николай прожил  2 года 3 месяца.  В течение этого времени отстаивал перед  администрацией ПНИ свои права и законные интересы. В наказание  по распоряжению заведующего 5 отделением, к Егорову два-три раза применялось  психиатрическое  «лечение».  Его  раздевали, забирали одежду и укладывали в кровать.  Насильно делались инъекции препаратов, от которых  Николай  постоянно спал.

    В 2000 г. Егоров  Н.  был переведен  в ПНИ №3  в Петродворце.  Система содержания и обращения аналогична ПНИ №10.  Трижды Егорова Николая помещали в закрытые палаты, применяли препараты в уколах и таблетках, галоперидол.  Таблетки подмешивали в пищу.  У Николая возникали побочные осложнения – судороги мышц  шеи, ног, рук. Это состояние переносил тяжело.

    В июле 2003 года Егоров Николай и  его девушка Дроздова Ольга, проживающая в ПНИ №10, решили зарегистрировать брак.  Однако, администрация ПНИ-10 отказались выдать Ольге паспорт для регистрации брака.

    Егорова Ольга Викторовна, в 1996 г. из детского дома №12 была переведена в ПНИ №10. Ей исполнилось 21 год. В детском доме примерно с 15-16 лет Ольга уже работала нянечкой и на пищеблоке. С 1996 г. постоянно проживает в ПНИ №10. Примерно 4 года проходила курсы по рукоделию и кулинарии. С 1997 года одновременно начала работать в городе уборщицей. Ольга – дееспособна, дееспособности никогда не лишалась.

    В сентябре 2003 г., когда выяснилось, что Ольга находится в положении, зав. 4 отделения принуждала Ольгу произвести аборт. Воспитатель и старшая медсестра 4 отделения также убеждали Ольгу  сделать аборт. Ольга сообщила об этом Николаю. Егоров Николай был вынужден сбежать из ПНИ. Он написал жалобу в прокуратуру Невского  района о  неправомерных действиях  администрации ПНИ №10  в отношении его невесты Дроздовой Ольги, также им были поданы жалобы в Комитет по труду и социальной защите населения.  Дроздова Ольга также подала жалобу в прокуратуру о принуждении к аборту. Из Комитета по труду  был получен ответ, что никаких препятствий для заключения брака нет. В дальнейшем при содействии СПб ГКПЧ, правозащитницы Крышни Г.А., газеты «Аргументы и факты», телеканала НТВ, прокуратуры Николай и Ольга Егоровы получили жилье, имеют двоих детей, Николай работает и содержит свою семью.

    Случай Захаренковой Дины Сергеевны

    Захаренкова Дина Сергеевна проживала в ПНИ № 4 в г. Пушкин. Дина – инвалид-колясочница, сирота. С детства Дина получила ярлык ЗПР. В прошлом она обращалась в ГКПЧ СПб с просьбой о содействии в защите прав проживающих в ПНИ граждан. Одновременно несколько проживающих в ПНИ 4 по инициативе Д. Захаренковой обратились к нам с жалобами на нарушения со стороны персонала ПНИ. В частности, сообщили о недоплате надбавок к пенсиям. После обращения в Комитет по труду и социальной защите населения ситуация с пенсиями была исправлена – инвалидам, не получающим причитающиеся им надбавки, был произведен перерасчет. 

    В октябре 2001 г. Захаренкова сообщила сотрудникам нашей комиссии об угрозах со стороны заместителя директора ПНИ по медицинской части г-жи Лихачевой Л.М. Лихачева Л.М. назначила Захаренковой Дине психотропные препараты, по нашему глубокому убеждению, за попытки Дины защищать свои права и права других проживающих в ПНИ-4. Захаренкова Дина в письменном виде отказалась от «лечения». Препараты стали даваться ей в недобровольном порядке без судебного решения, т.е. с нарушением ст. 11 ч. 4 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Гражданская комиссия обжаловала действия Лихачевой Л.М. в федеральный районный суд г. Пушкина. В конченом итоге Дину перестали «лечить» психотропными препаратами, а г-жа Лихачева более не работает в ПНИ. При содействии ГКПЧ СПб, других правозащитников недавно Дина Захаренкова и ее муж, также инвалид-колясочник, получили жилье, проживают вне ПНИ.

    Случай Першина Андрея Евгеньевича

    Першин Андрей Евгеньевич, проживал в ПНИ-10 с 09 июля 1998 г., куда был переведен из детского дома-интерната г. Петродворца. Он – сирота. В детском доме его обучали по упрошенной программе, трудовым навыкам специально не обучали. В ПНИ-10 он обучался по специальности столяра.

    Он сообщал, в частности, о следующих фактах: в  1999 г. с 02-03 июня он  вместе с другими ребятами работал на полях в совхозе на уборке овощей. Работал  в течение 4-х месяцев. После конфликта старосты комнаты, в которой проживал Першин, с Першиным по прибытии в ПНИ-10 Першин Андрей в наказание за якобы неподобающее поведение получал в течение месяца уколы психотропного препарата. Потом Першина перевели в другую палату, отменили уколы, назначили таблетки и еще 1,5 месяца  держали на постельном режиме. Нижнее белье было ему выдано, но верхнюю одежду не давали, пока он находился в этой палате.

    В 2004 г. из ПНИ-10 Першина снова отправили в психбольницу № 1 им. Кащенко. Першин вместе со своей девушкой стояли на лестнице и курили. Дежурный врач проходила мимо и сделала замечание, почему они в девять часов вечера стоит и курят.  Першин ответил, что докурит и уйдет. Никакого конфликта не было. Однако, вскоре после этого Першину стали давать психотропные препараты в ПНИ, на третий день отправили в психбольницу им. Кащенко, где Першин пробыл месяц.  Там снова давали аминазин в таблетках.  Отделение, где лежал Першин было переполнено, пациенты спали даже в коридоре на диванах. Большинство было больных, но были и нормальные. Примерно 8 человек было принудчиков, совершенно нормальные парни, по словам Першина. Было несколько алкоголиков. На прогулки их и Першина не выводили. По сообщению Першина, гулять в ПБ им. Кащенко, на том отделении, на котором находился Першин, выводили только летом, и то редко. В дальнейшем при содействии Гражданской комиссии по правам человека, независимых юристов Першин выбыл из ПНИ, получил жилье, проживает самостоятельно.

    Особый вопрос — соблюдение правил пожарной безопасности в психиатрических учреждениях. Так 24 апреля 2007 г. РИА Новости сообщило о том, что в Петербурге на территории психиатрической больницы Святого Николая Чудотворца расположенной на набережной реки Пряжки, произошел пожар. Пожару был присвоен номер сложности 1-бис, на месте происшествия работали десять пожарных расчетов.
    http://www.rian.ru/incidents/conflagration/20070424/64251802.html

    Siona news написало о том, что 24.01.2007 г. в Карелии произошел
    пожар в здании психиатрической больницы.
    http://news.siona.ru/social/id_16990/?date=2007-01-24

    ЮНИТЕСТ написал, что 12.10.05 в Санкт-Петербурге локализован пожар
    в психиатрической больнице, расположенной на набережной Обводного
    канала (Центральный район). В данной публикации сообщается: "Из-за сильного задымления пожару был присвоен номер сложности один-бис по пятибалльной шкале. Во время пожара несколько больных были эвакуированы на верхние этажи здания. Площадь пожара составила несколько десятков квадратных метров".

    По адресу http://news.1ru.net/news/761441.html сообщается еще об одном пожаре в психиатрической больнице. 27 декабря 2006 г. В Архангельске вспыхнул пожар в подростковом (!) отделении психиатрической больницы. По сообщению на веб-сайте, в 4.27 утра в Службу спасения. поступил звонок от медперсонала больницы. На место пожара выехали бригады спасателей и пожарных. Все находившиеся в здании люди были эвакуированы своевременно, так что никто не пострадал. На момент возгорания в отделении находились 4 медсестры и 20 пациентов.

    Большую известность получил пожар в одной из российских наркологических больниц, в которой находилось множество молодых пациентов.

    А ведь во всех перечисленных мной психиатрических больницах могли находиться или находились подростки или молодые люди. К сожалению, до сих пор почему-то не закрываются в массовом порядке психиатрические больницы и ПНИ, в которых не соблюдаются правила противопожарной безопасности. Создается впечатление, что соответствующие региональные комитеты здравоохранения, комитеты по труду и социальной защите ждут, пока в вышеуказанных учреждениях произойдут пожары и погибнут люди. Радует лишь, что МЧС провело проверки в психиатрических учреждениях в различных регионах России, включая Северо-Запад России, выявило те, в которых есть нарушения правил противопожарной безопасности, и поставило вопрос о закрытии этих учреждений. Очень надеюсь, что МЧС проявит настойчивость в этом вопросе.

    Ситуация с соблюдением прав человека в центре восстановительного лечения (ЦВЛ) «Детская психиатрия» сегодня будет подробно освещена в выступлениях О.Н. Никифоровой, бывшей главной медсестры ЦВЛ «Детская психиатрия» и Г.Л. Габриеляна, помощника депутата Государственной Думы РФ, Чуева А.В. Я в своем выступлении отмечу лишь один факт.

    18 мая 2007 г. в газете «Невское время» было опубликовано интервью с главным врачом ЦВЛ «Детская психиатрия» Л.П. Рубинной. Г-жа Рубина признала, что в последние годы в ее учреждении имел место случай, когда выпала из окна и разбилась 14-летняя девушка и по этому поводу была проведена проверка, которая не выявила нарушений. Я убежден, что подобная ситуация является возмутительной. Администрация психиатрического учреждения, в отличие от соматических больниц, должна нести полную ответственность за пациентов, находящихся в нем на лечении.

    Наталья Яковлева, начальник управления по правам ребенка Аппарата Уполномоченного по правам человека в РФ в интервью корреспонденту газеты «Невское время» (публикация за 18 мая 2007 г.) сообщила о проведенных проверках без предупреждения положения с правами детей-инвалидов с психическими нарушениями здоровья в Московской, Смоленской, Тверской и Владимирской областей. По ее словам, выявлены ужасные факты. К детям в дисциплинарных целях применялись сильнодействующие психотропные препараты. Подтвердилось и то, что детских домах для детей с ЗПР проживает значительное число детей, которые не имеют грубых психических расстройств, связанных с утратой способности к самообслуживанию. В одном из подмосковных детских домов для умственно отсталых, по словам Натальи Яковлевой, подростки сообщили о том, что их заставляли колотить гробы для своих же умерших товарищей, а также копать могилы и участвовать в погребении вместо гробовщиков. Хотя на эти цели были предусмотрены бюджетные средства. В Дрюцком ПНИ Смоленской области его выпускники показали Наталье Яковлевой «карцер» – помещение кирпичной кладки с земляной ямой, наполненной водой. Вместо кровати – деревянные козлы и несколько грязных матрасов прямо на земле. Часто причиной наказания становился незначительный конфликт с персоналом. Подробнее об этом можно прочитать в статье «Невского времени», ксерокопия этой статьи имеется в материалах, которые выданы Вам, уважаемые господа, в папке материалов слушаний.

    Выражая позицию ГКПЧ СПб, скажу, что мы считаем, что в будущем детских домов быть не должно. Дети должны жить в семьях, пусть даже и в приемных. Но это не означает, что нужно закрывать прямо сегодня хорошие детские дома и направлять детей в детские дома для детей с ЗПР.

    Гражданская комиссия по правам человека обращается к общественности г. Санкт — Петербурга и городским властям с призывом защитить интересы детей – воспитанников детского дома № 47, который по решению администрации Приморского района собираются расформировать с целью передачи здания под устройство там детского сада.

     Детский дом № 47 является уникальным учреждением для детей-сирот дошкольного возраста. Его педагоги, применяя специально разработанные педагогические методики, успешно работают не только со здоровыми детьми, но и с детьми, имеющими диагноз «Задержка психического развития» — менее чем за год они добиваются устранения этого диагноза у своих подопечных, не прибегая к помощи психиатров.  В детском доме заботливо поддерживается домашняя атмосфера, и дети живут  дружной семьей. Благодаря хорошему взаимодействию со спонсорами маленькие сироты ни в чем не нуждаются (за 2005-2007 год вложено более 1,5 млн. рублей спонсорских денег).  Большинство детей усыновляются и попадают в семьи. Так в период с 2003-2006 учебный год в детский дом поступило 74 ребенка, при этом в семьи было отдано 53.

     Мало найдется в нашем городе детских домов, дирекция которых может похвастаться столь высокими результатами, напротив — ситуация с такими учреждениями далека от идеальной. Однако вместо того, чтобы всячески способствовать дальнейшей деятельности передового детского дома, его собираются закрыть под весьма сомнительным предолгом. Свое решение о закрытии детского дома № 47 районная администрация объясняет его нерентабельностью, одной из причин которой называется небольшое количество воспитанников по сравнению с другими детдомами. Однако такое решение идет вразрез с Постановлением Правительства РФ «Об усилении работы с детьми, оставшимися без попечения родителей», и общей тенденцией к созданию малокомплектных детских домов, в которых ребенок должен проходить адаптацию и медицинское обследование перед передачей в семью. Небольшое количество детей позволяет педагогам более индивидуально подходить к воспитательному и образовательному процессу, что благоприятнее сказывается на детях.

     Во многом нехватка детей в детском доме № 47 организованна искусственно. С 04.09.2006г. Комитет по образованию Санкт-Петербурга не отправил в этот детский дом ни одного ребенка, и это при том, что в городе наблюдается острая нехватка мест в детских домах, больницы переполнены отказными детьми, а здоровые дети по ряду причин попадают в детские дома для детей с задержкой психического развития!

     Второй причиной расформирования детского дома фигурирует якобы насущная необходимость передать занимаемое им здание под устройство там детского сада, в связи с острой нехваткой таковых в районе. Но в непосредственной близости от детского дома № 47 находятся несколько пустующих типовых зданий, предназначенных для дошкольных учреждений (ул. Омская, д.21/1, Ланское ш., д.41, Ланское ш., д.51)! Неужели дети-сироты в очередной раз стали жертвой чьих-то меркантильных интересов? Это вполне вероятно, поскольку прекрасно отремонтированное на спонсорские деньги здание детского дома, конечно же, лакомый кусочек для некоторых чиновников «бизнесменов».

     Сейчас воспитанники детского дома № 47 живут одним большим дружным коллективом, который они воспринимают как свою семью, они дружат между собой, привыкли к своим педагогам, которые очень много для них делают, развивая и подготавливая их к школе и, что особенно важно, здесь они имеют все шансы быть усыновленными. Лишить их всего этого – значит нанести им серьезную психологическую травму, а может быть и отнять надежду на благополучное будущее. Стоит ли здание детдома  № 47 такой жертвы? 

     Мы, правозащитники намерены обратиться с просьбой, адресованной Комитету по образованию администрации Санкт-Петербурга и Губернатору Санкт-Петербурга, не закрывать детский дом № 47 Приморского района.

    Прошу присутствующих обратить внимание на доклады Международной ГКПЧ, которые есть в выданных Вам папках, прочитать их после слушаний. Эти доклады показывают, как работают ложь и пропаганда, продвигающие подавляющие психиатрические методы в отношении детей, просвещают родителей и всех неравнодушных людей, запутавшихся в словесных ловушках психиатров, и что самое важное, помогают помочь восстановить здравый смысл и контроль в области заботы о наших детях и их воспитания. Дети – это наше будущее. Сегодня на карту поставлено не что иное, как будущее самого человечества.

    В заключение хочу сказать, что ситуация с правами человека в детских домах для детей с ЗПР, детских психиатрических учреждениях и ПНИ такова, что требует немедленного вмешательства органов государственной власти и правоохранительных структур для исправления ситуации. Прокуратурой должны быть проведены расследования и приняты меры прокурорского реагирования в связи с выявленными фактами нарушений. Региональные Комитеты по здравоохранению, Комитеты по труду и социальной защите должны предпринять немедленные действия по закрытию тех ПНИ, детских домов, психиатрических больниц, в которых нарушаются правила противопожарной безопасности.

Информационные партнеры

Завтра в Питере
Куда сходить в Питере БЕСПЛАТНО | Афиша СПБ
Добавить в Twitter